Цена безопасности

Специальное научно-производственное объединение «Элерон» единственное в стране и ядерной отрасли предприятие, чье основное предназначение – создание технических средств охраны и оборудование ими объектов ядерной промышленности. Накануне профессионального праздника российских атомщиков наш корреспондент встретился с генеральным директором предприятии Н.Н. Шемигоном и попросил ответить на ряд вопросов.

— Николай Николаевич, «Элерон» создан в начале 60-х годов. Прошло почти полвека. Каким было и что изменилось за это время в содержании и характере его деятельности?

- Небольшое, но необходимое уточнение. 13 марта 1963 создан не «Элерон», а спецлаборатория №36, положившая начало системным работам по созданию и промышленному производству отечественной охранной техники. По хорошему, учитывая нынешнюю остроту и масштабность проблемы безопасности, сделать бы дату памятной, застолбить первородство отрасли в этой сфере. Тогда же, во времена более спокойные, обошлись малым: день рождения лаборатории символически придали созданному два десятилетия спустя СНПО. Хотя тут не только символика: новое, не имеющее мировых аналогов научно-производственное объединение тогда возглавил начальник Специального технического управления министерства Е.Т.Мишин, непосредственно готовивший для Е.П.Славского проект приказа о создании 36-й лаборатории.

Что касается деятельности предприятия, его магистральное направление осталось тем же -разработка технических средств физзащиты и оборудование ими ядерноопасных объектов. До начала девяностых заказчики Средмаша и других ведомств формулировали свои требования, мы ставили поисковые работы. Уточнялась научная тематика, составлялись и утверждались планы НИРов и НИОКРов, которые после этого становились законом и обеспечивались финансированием. В ритме такой работы были оборудованы тысячи объектов, созданы десятки, на различных физических принципах, датчиков, несколько типов полновесных станционных систем, накоплен бесценный банк данных по помеховой отстройке, идентификации различных шумов и т.д.

С 2007 года «Элерону» придан статус Федерального центра науки и высоких технологий. Вместе с новым статусом предприятие получило и новую задачу: обеспечить координацию работ в стране по защите критически важных объектов надежными системами безопасности.

Задел прошлых лет очень пригодился, когда в обстановке перестроечного развала пришлось искать срочные ответы на вызовы криминала и набирающего обороты терроризма. Сложная сама по себе, эта научно-техническая задача дополнительно усугубилось крайне скудным финансированием предприятия. Системная научная деятельность фактически свернулась, работали в режиме чрезвычайной ситуации, почти без денег. В те приснопамятные времена «Элерон» удержался на плаву исключительно преданностью основного костяка специалистов родному предприятию, инстинктом самосохранения трудового коллектива и решительным отказом руководства от навязываемой ему «кастрюльной» конверсии. Сохранив профильность, заделы и кадры, «Элерон» не только удержал планку своей прежней востребованности, но и поднял ее на новую высоту. Будучи инфраструктурным предприятием в составе ядерно-оружейного комплекса Росатома, мы работаем и в интересах ядерной энергетики, обеспечиваем безопасность ключевых объектов многих других отраслей и ведомств.

В качестве примера можно привести объекты Минобороны, Ракетных войск стратегического назначения, ВМФ, ФСБ. Наши системы защищают здания посольств РФ в Брюсселе, Берлине, Париже, Пекине, Дели, Каире, Никосии, Праге, Нью-Йорке, многих других странах. Уже в постперестроечном активе «Элерона» - десятки объектов Газпрома, бывшего РАО ЕЭС, предприятий нефтехимического комплекса, федеральных правительственных зданий, крупных промышленных предприятий. В ряду приоритетных научно-производственных интересов «Элерона» - создание унифицированных наборов ТСО, комплектование систем безопасности, сохранение их живучести при нарушении связи периферии с центром. Выпускаемые объединением средства и системы безопасности контролируются военной приемкой, отвечает всем требованиям международных стандартов, защищены от утечки информации и адаптированы к российским условиям эксплуатации.

Да, в нынешней самодостаточности предприятия известную роль сыграла конъюнктура, обусловленная терроризмом и криминалом потребность в нашей продукции и услугах. Но нужно видеть и другое: мы мало чего добились, если бы обходились только старым багажом, не стремились к новациям. Если бы не усвоили жесткого урока рыночной экономики: кто не успел, тот опоздал!

— «Экономика, которая не генерирует новые рабочие места и спрос на собственную продукцию, не может развиваться устойчиво». Буквально это прозвучало в ходе недавнего обсуждения известной «Стратегии 2020». А коль скоро экономика «Элерона» развивается успешно...

- Так и получается. В начале десятых у нас работали немногим более полугора тысяч человек, сегодня - около трех. Люди пришли под конкретные научно-технические задачи. И они их выполнили. В структуре СНПО появился научно-исследовательский и проектный институты, полноценное производство, монтажные и строительные подразделения. Общий объем работ предприятия увеличился более чем на 300% . Что до науки, то в этот период специалисты «Элерона» создали АСБТ, первые в мировой практике решив проблему безопасной перевозки ядерных материалов. АСБТ мы передали атомной промышленности, она нам, да и не только нам, -новые заказы и дополнительные рабочие места.

- Долгие годы «Элерон» был головным предприятием в стране по разработкам ТСО. Накоплен огромный опыт. Реализуется он как-то с упразднением института «головников», или остался историческим достоянием СНПО?

- Тут сложилось неплохо, преемственность сохранена. С 2007 года «Элерону» придан статус федерального центра науки и высоких технологий. Совет Безопасности РФ и президиум Государственного совета страны еще в 2003 году охарактеризовали международный и внутренний терроризм как одну из наиболее серьезных угроз стабильному развитию страны, ее национальной безопасности. В качестве противодействия был намечен ряд мер, в том числе, создание интегрированной научно-производственной структуры, объединяющей разработчиков и производителей технических средств и систем безопасности. Учитывая многолетний опыт работы «Элерона» с ТСО, межведомственная координационная группа и секция по оборонно-промышленной безопасности Научного совета при Совете Безопасности РФ инициировали создание такой структуры на его базе, что и было сделано. Вместе с новым статусом предприятие получило и новую задачу: обеспечить координацию работ в стране по защите критически важных объектов надежными системами безопасности. Так что роль задающего генератора мы продолжаем выполнять.

- В том числе, и проведении единой научно-технической политики?

- Для того чтобы проводить, ее нужно достаточно четко сформулировать, оконтурить. Начнем с того, что само понятие «критически важные» пока остается неоправданно широким, охватывающим порой несопоставимые по своей значимости и масштабам объекты. Над приведением к общему знаменателю федеральных и ведомственных документов мы сейчас и работаем. Делаем это сообща, на совместных встречах разработчиков и потребителей средств и систем безопасности, тесно контактируем с Советом безопасности РФ, силовыми структурами. Кстати, здесь же налаживаем пути сотрудничества и кооперации с профильными предприятиями.

- Насколько это получается при отсутствии властных полномочий у ФЦНВТ?

- Есть не менее эффективные рычаги влияния. Целесообразность, экономическая выгода, например. Кому плохо следовать в фарватере единой технической политики, если это на 20-30% снижает стоимость оснащения объектов - за счет применения типовых проектных решений, унифицированных систем и приборных комплектов. Добавьте сюда оптимизацию затрат на проведение новых разработок, исключение дубляжа НИОКР. В качестве ФЦНВТ «Элерон» взаимодействует с научно-техническими центрами заинтересованных федеральных и региональных органов власти с целью совместного создания нормативной базы, выработки типовых проектных решений, идеологии и концепции защиты критически важных объектов.

- Если можно, об идеологии поподробнее.

- Как известно, террористы используют самые современные методы и технологии для достижения своих целей. Крайне важно адекватно реагировать на эти угрозы, искать новые варианты и способы противодействия. Проблема здесь чаще всего не на путях научного поиска. Даже если видишь техническое решение задачи, не всегда встречаешь понимание по финансированию. Самое опасное то, что в угоду сиюминутной экономии деформируется стратегия и тактика применения технических средств безопасности. В итоге страдает и безопасность, и экономика.

«Элерон» взаимодействует с научно-техническим центрами заинтересованных федеральных и региональных органов власти с целью совместного создания нормативной базы, выработки типовых проектных решений, идеологии и концепции защиты критически важных объектов.

Взять проблему обеспечения безопасности в местах массового скопления людей. Реализуется она преимущественно через установку отдельных ТСО: металлодетекторов, рентгенаппаратов, газоанализаторов. На каждую угрозу создается свое ТСО - против оружия, взрывчатых веществ, наркотиков, психотропных и биологических агентов... Мы убеждены: такой путь тупиковый, задачу нужно решать комплексно. Так эффективнее и, в конечном итоге, дешевле. При этом «Элерон» не претендует на роль структуры, всецело обеспечивающей ее решение. Но наш опыт и возможности вполне позволяют глубоко проанализировать состояние дел, определить пути комплексного решения проблемы и, собрав коллектив исполнителей из различных научно-исследовательских организаций, создать такой комплекс. Если мы даже что-то не можем сегодня, система должна быть рассчитана на то, что будет донасыщена завтра, и в предвидении этого иметь необходимый запас вычислительных мощностей и возможностей. Магистральной целью при этом должно быть сокращение «железа», площадей на его размещение и затрат на обслуживание.

- Насколько надежно защищены сегодня наши ядерные объекты?

- По всем объективным показателям, и об этом я говорю со всей ответственностью, они - одни из самых защищенных. Хотя и здесь есть отголоски упомянутой выше проблемы. Нет нужды доказывать, что борьба с внутренним и международным терроризмом сопряжена с огромными сложностями. Главная из них: исполнителями зачастую становятся смертники. Реализуя террористический акт, они не останавливаются ни перед чем. В такой ситуации традиционные приемы противодействия срабатывают далеко не всегда. Нужны новая тактика, новая техника, научное прогнозирование. Иными словами, - работа высокого профессионального уровня. Посмотрим правде в глаза: сегодня созданием охранной техники занимаются сотни фирм и фирмочек. При этом практически отсутствует необходимая нормативная база по конструированию, проектированию, сертификации, защите информации, циркулирующей в системах физзащиты. В связи с отсутствием типовых проектных решений, унифицированных рядов технических средств проблематично определяться в выборе конкретной аппаратуры, ее стоимости и функциональных возможностях, затратах по инсталляции. И заказчики работ, и исполнители, за редким исключением, не владеют методиками определения уязвимости объектов, оценок эффективности угроз.

Как я уже отмечал, мы стараемся обеспечивать оборудуемые нами объекты комплексно и всесторонне. Проще говоря, от начала до конца. Стараемся, понимая, что физзащита объекта очень чувствительная задача. Информация о ней носит закрытый характер и доступ должен максимально ограничиваться. Вопреки этой очевидности объявляются открытые тендеры с конкретными заданиями на оборудование объектов, в интернете выставляется информация о закупаемой охранной технике. Не менее опасно и то, что конкурсы на закупку спецтехники разбиваются на мелкие лоты. Мало того, что этим самым расширяется круг носителей закрытой информации, остаются без ответов вопросы к самой аппаратуре. Случается, закупаемая где дешевле, техника не соответствует уровню системы, в которую интегрируется. При этом производитель не несет ответственности за конечный продукт - систему безопасности в целом . Когда приходится «сшивать» разнородное, с несовместимыми программами оборудование, трудно выйти на удовлетворительный результат. Такого рода лоскутные комплексы требуют дополнительных проектов на защиту циркулирующей в них информации, дополнительных спецпроверок и много всего того, что в коечном счете существенно удорожает их стоимость.

— Каким видится Вам выход из положения с тендерами при том, что ФЗ №4 обязывает проводить все работы на конкурсной основе?

- Простым, точнее, очень простым: проводить эти самые конкурсы с обязательным определением генподрядчика, ответственного за весь пиджак, а не только за пришитые к нему пуговицы, - как это наблюдается сегодня на объектах, где толкутся равноответственные (а значит безответственные) соисполнители. Генподрядчик есть на объектах Ракетных войск, Газпрома, Погранслужбы ФСБ. Кто или что мешает ввести такую практику в Росатоме?

- В канун праздника хотелось бы услышать примеры продуктивного сотрудничества «Элерона» и объектов Росатома в сфере физзащиты.

- Говоря о сегодняшней работе на объектах атомной отрасли, хотелось бы отметить построенный и введенный нами в августе периметр 4 блока Калининской атомной станции, сейчас здесь ведутся работы по главному корпусу. Готовим материалы для работы по третьему блоку Волгодонской АЭС. Участвуем в работах на Курской, Нововоронежской, Смоленской, Кольской, Белоярской АЭС, обеспечиваем безопасность «Атомредметзолота», компании «ТВЭЛ», уделяем большое внимание объектам атомной науки: «НИАРу», «ИТЭФу», другим институтам. Не кривя душой скажу: на большинстве этих объектов руководители и персонал с пониманием относятся к обеспечению своей, а значит и общей нашей безопасности. За что им глубокая наша благодарность и, по случаю, искренние поздравления с Днем работника атомной промышленности.

Беседу вел Виктор Ткаченко